tanyaokean (tanyaokean) wrote,
tanyaokean
tanyaokean

"Пероги с печалью" урывок из книги Ольги Арефьевой "Смерть и приключения Ефросины-Прекрасной"

У меня нет имени. Нет детей. Нет пионерского прошлого и торта со свечками. Я умываюсь томатным соком и вытираюсь чужими брюками. Я говорю словами, придуманными другими, и улыбаюсь уголками рта. Если честно, то я хотела бы чаще врать, но некому. Я сплю в то время, когда мы разговариваем. Что может быть смешнее, чем ходить с ноги на ногу? Да еще и вверх головой? Бывает трудно представить, что всё появилось из ничего, что во всём смысла не больше чем в дважды два. Эти странные и жадные существа выросли в людей из предметов, и предметность подарила им души очень маленького размера. Среди них часто встречаются мертворожденные - это тела, которым не хватило душ. Их предками были шкафы, буфеты и тумбочки. Бог сделал людей из велосипедов, запретив им кушать ночью и бодрствовать днем. Умы их напоминают мясорубки, а язык состоит из букв. Они плачут, когда делают больно и смеются, когда больно им. Булки у них растут не на деревьях, а на животных. Им щекотно, когда их ощипывают или доят, и неприятно, когда едят. Их интересы вращаются вокруг денег, пластинок и прочих центростремительных вещей. Люди сглатывают и шевелят пальцами ног внутри своей обуви. А там без особых изменений. Погладить, поцеловать, съесть - вот последовательность приготовления мертвого из живого. Пока ты жив и твои ноги касаются рук, ты чувствуешь себя начинающим. В тебе нет ни единой строчки. Ты пишешь, но всё, что ты можешь - это быть прошлым. Нельзя быть одинаковым. Плоского и протяженного состояния добиваются только долгой медитацией в позе стрелы. Это значит - стоять много лет, держась одной рукой за поезд, а другой за рельсы. Расположение в пространстве изменчиво, как законы физики, а мы всё еще верим в зрение... Как же крепка опора на объем и систему координат! Я иногда очень бы хотела танцевать при помощи забора и кирпичей, оглядок и разворотов, азбуки Морзе и ритмических ошибок. Физические учителя имеют знания обо всех вариантах. Окно конденсируется на небе, но только параллельные ангелы помнят пароль для входа в рай. Всё, что не помещается в руке, нельзя взять взаймы. Значит, этого нет, и даже горизонт врет.
Она ела пироги с печалью, ощущая отдельно вкус сахара и вкус чая. Она хотела быть многословной, но вспомнила только точку, и ее покарала безучастность.
"Господи, вытащи меня из мозгов! Меня научили говорить - и это необратимо", - сказала она и зажгла чернобелый свет.



Прочитав эту гнигу я начала вспоминать свои сны, детские и не детские фантазии, мечты, желания. И я понимала, что фантазии можно записывать и превращать в сумасшедшие книжки. Для кого-то сумасшедшие, а для меня... это что-то яркое, чувственное, творческое и фантазийное. Фантазии с философской подоплекой (вполне реальной, а не сказочной), фантазии, которые как игра в пятнашки... можно запутаться во всех этих перемешках, а можно собрать все воедино и получится замечательно красочный узор, где все цыфры на местах. Это такая мультипликационная история. И почему-то хочется стать ребенком, вернуться в детство, туда где есть место сумасшедшим фантазиям и нет практично-прагматичного взрослого взгляда на происходящее, туда, где есть непосредственность и открытость, туда, где нет ограничивающих факторов, туда, где есть свобода...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments